Инсулинорезистентность и менопауза: пока наука разбирается.
Что известно, что ещё изучают и что можно делать уже сейчас.
О чём этот материал
Об инсулинорезистентности в период менопаузы пишут много, и сведения часто противоречат друг другу. Женщины в этом возрасте нередко замечают, что при прежних привычках вес и самочувствие меняются, и ищут объяснение.
Это разбор исследования, опубликованного в JCI Insight в 2026 году. Оно показалось мне интересным и важным, поэтому ниже я излагаю ключевые мысли, которые в нём нахожу, и отдельно говорю о границах его выводов. Это не инструкция и не диагноз.
Небольшое пояснение об используемых терминах. В исследовании речь идёт о годах вокруг последней менструации, и ниже я называю их менопаузальным переходом, а не просто менопаузой.
Что показало исследование
В определённые четыре года вокруг последней менструации чувствительность тканей к инсулину снижается быстрее, чем до и после них. Это главный результат исследования SWAN: американской когорты, за которой наблюдали более двадцати лет. Речь о средних значениях по группе, а не о каждой женщине.
Учёные наблюдали за 1315 женщинами: сначала в позднем репродуктивном возрасте или в начале перехода, затем после последней менструации. Они регулярно измеряли показатель HOMA-IR. Это расчётный индекс из глюкозы и инсулина натощак: чем он выше, тем слабее ткани откликаются на инсулин. Это состояние называют инсулинорезистентностью.
Индекс рос быстрее всего в окне примерно в четыре года: от полутора лет до последней менструации до двух с половиной лет после неё. Важно, что авторы сравнили две привязки, к возрасту и к дате последней менструации, и привязка к менструации оказалась более выраженна. То есть дело скорее не в том, что женщина просто становится старше.
Я трактую это как перестройку, не поломку: в этот период меняются сразу несколько систем, и чувствительность к инсулину меняется вместе с ними. Авторы предполагают, что к этому причастно снижение эстрогена.
Для масштаба: для женщины с исходным индексом IR 1,62 авторы рассчитали, что к началу окна он составит около 1,83, а к его концу около 2,25. Это цифры индекса IR из анализа крови, не килограммы и не диагноз.
После 4-летнего окна рост индекса IR в среднем замедляется. Возвращается ли индекс к прежнему уровню, исследование не показывает.
Что от вас зависит, а что нет
Исследование не проверяло, какие меры помогают. Но оно показывает, из чего складывается картина изменений.
Первая часть: изменения, которые идут и при стабильном весе. Инсулинорезистентность в этот период растёт даже тогда, когда вес не меняется. Авторы смоделировали женщину, у которой индекс массы тела оставался прежним все годы наблюдения, и у неё индекс инсулинорезистентности всё равно вырос примерно на 19% за четыре года. Авторы видят в этом признак того, что сам менопаузальный переход вносит самостоятельный вклад. Для меня это самая важная деталь исследования.
Вторая часть: если вес все же меняется. Сравнивали состояние одной и той же женщины в разные годы: когда её индекс массы тела вырастал на единицу (около 2,5–3 кг при среднем росте), индекс инсулинорезистентности в этот период был примерно на 8% выше. Увеличение талии тоже шло вместе с более высоким индексом. Это связь наблюдений: исследование показывает, что вес, охват талии и инсулинорезистентность связаны. Исследование, к сожалению, не рассматривало, что произойдёт, если вес изменить.
Что авторы пишут о весе в этот период. Они опираются на данные, что избыток жировой ткани способствует развитию инсулинорезистентности. По предыдущей работе тех же авторов, в этот период у многих женщин растёт доля жира, а мышечная и костная масса снижаются. Поэтому в данных присутствуют оба вклада: и самого менопаузального перехода, и веса.
Ещё одна деталь. До окна прибавка веса статистически связана с большей половиной роста индекса IR, а внутри окна менее чем с четвертью.
Как относиться к цифре индекса
Один показатель из анализа крови не измеряет ни усилия, ни дисциплину. HOMA-IR считают по одному анализу натощак, и у одной и той же женщины он может заметно колебаться. Инсулин в разных лабораториях измеряют по-разному.
Порог 2,0, который упоминают авторы, используется в исследованиях групп женщин и не является диагнозом для конкретного человека. Инсулинорезистентность не равна диабету, и исследование не оценивало риск диабета в абсолютных цифрах.
Поскольку индекс может вырасти и у женщины, которая делает всё возможное для своего здоровья, его не стоит воспринимать как отчёт о дисциплине. Это один из сигналов, которые врач оценивает вместе с остальными. Тест на инсулинорезистентность по одной цифре даёт лишь часть картины.
Что можно делать, пока наука разбирается
Ждать результатов новых исследований не нужно: есть посильные вещи, которые полезны уже сейчас, чем бы ни закончился научный спор. Это исследование не проверяло, какие привычки помогают, поэтому ниже общие положения о здоровом образе жизни, не вывод из статьи.
Выбирайте не всё сразу, а одно-два, которые вам по силам:
Сон. В переходе он часто нарушается, а хронический недосып сам по себе ухудшает чувствительность к инсулину. Регулярное время отхода ко сну и прохладная тёмная спальня — скромные, но реальные опоры.
Движение каждый день. Прогулки считаются. Не нужно «отрабатывать» еду, достаточно того, что вы двигаетесь регулярно.
Силовые нагрузки. Хотя бы дважды в неделю, в том темпе, который вам доступен. В переходе, по предыдущим данным, мышечная масса снижается, а мышцы активно используют глюкозу. Это не результат этого исследования, а общая логика, на которую опираются рекомендации по здоровью в этом возрасте.
Еда, которая надолго насыщает. Белок, овощи, цельные продукты. Без запретов и без «чистки» рациона: вы выбираете, что добавить, а не что отнять.
Передышки от интенсивной нагрузки. Хронический стресс и усталость тоже влияют на обмен веществ и на сон. Короткие паузы в течение дня не заменяют лечения, но помогают снизить нагрузку.
По каким ориентирам смотреть на прогресс? Я бы предложила не только вес. Сила, энергия, сон, настроение, отношение талии к росту — всё это даёт больше информации, чем одна цифра на весах. Если есть заболевания или вы принимаете лекарства, согласуйте изменения с вашим врачом.
Достаточно начать с одного пункта на месяц.
С чем идти к врачу
Я не веду клиническую практику, поэтому не ставлю диагнозы и не назначаю лечение. Но могу обозначить, о чём стоит поговорить с вашим врачом, если вы в менопаузальном переходе или приближаетесь к нему:
глюкоза натощак и гликированный гемоглобин (HbA1c). Авторы предполагают, что глюкоза может оставаться нормальной, пока инсулин уже растёт. Нужен ли вам отдельный анализ на инсулин, решает врач;
липидный профиль и давление;
окружность талии и её отношение к росту: в исследовании увеличение талии шло вместе с более высоким индексом IR;
симптомы менопаузального перехода: приливы, сон, настроение. Они часть общей картины, и их стоит обсуждать с врачом;
вопросы о гормональной терапии и статинах, если есть показания.
Из этой статьи нельзя делать выводы ни за, ни против гормональной терапии или статинов. Исследование не оценивало их эффективность. Не начинайте и не отменяйте ничего на основании этого материала.
Если у вас уже есть диагноз, например предиабет или диабет, этот материал не заменяет план, который составил для вас врач.
Чего исследование не показало
Границы этого исследования важны для того, как читать его результаты:
Оно не проверяло вмешательства: ни питание, ни движение, ни гормоны. Авторы прямо пишут, что это предстоит выяснить.
Это наблюдательное исследование. Оно показывает связь, а вывод о роли самого менопаузального перехода авторы делают методом исключения: другого подходящего объяснения они не нашли.
Когорта американская: белые, чернокожие, китайские, японские и латиноамериканские женщины. Все участницы жили в США. Особенности женщин из других стран и культур в данных не отражены.
Участницы были в среднем стройнее всей когорты: средний индекс массы тела около 25,6. Из анализа исключили женщин, принимавших сахароснижающие препараты, с гормональной терапией в переходе, с операцией на матке до менопаузы и с очень низким или очень высоким весом (индекс массы тела ниже 15 или выше 40). Поэтому у женщин с большим весом картина может быть иной.
HOMA-IR описывает в основном состояние натощак и является расчётным показателем, а не прямым измерением.
Публикация исследования предварительная, цифры в финальной версии могут уточниться.
Источник: Karlamangla A. S. и соавторы, «Development of insulin resistance in women over the menopause transition», JCI Insight, 2026, DOI.
Кто это пишет
Я врач по образованию и более 16 лет работала клиническим эндокринологом. Сейчас не веду клиническую практику, а сосредоточена на медицине образа жизни. В моей практике я помогаю женщинам выстраивать привычки, которые поддерживают здоровье и благополучие, сон и ощущение опоры в себе. Тема менопаузы и инсулинорезистентности входит в мою профессиональную практику, и я прошу читать текст с этим пониманием.
Этот материал образовательный. Он не заменяет консультацию врача и не является диагнозом или назначением. Если у вас есть тревожные симптомы или вопросы о лечении, обратитесь к вашему лечащему врачу.